Твоя Дача

Это был её коронный номер. Позвонить именно тогда, когда я, затаив дыхание, сидела напротив человека, от которого зависело всё моё будущее. Экран телефона засветился фотографией — ухоженное лицо с надменной улыбкой, идеальные стрелки, губы бантиком. Вероника. Моя старшая сестра. — Ответь, — мягко сказал мой гость, поправляя на столе микрофон-петличку. — Я подожду. Мне даже интересно. Я заколебалась. Пальцы дрогнули. Петр Сергеевич Громов, главный редактор радиостанции «Голос города», чей ежедневный прямой эфир слушали полтора миллиона человек, сидел на моей кухне...

Каждый, кто хоть раз сажал лук, знает эту сцену. Начало июля, солнце жарит так, что градусник закипает, а ты выходишь на грядку с гордостью собственника. И видишь, как кончики перьев предательски желтеют, поникают, превращая стройные шеренги в подобие унылого мочала. В голове сразу звучит тревожная сирена: луковая муха, нехватка азота, грибок, пришельцы — да кто угодно. Цены на «химию» в садовом центре кусаются, а перспектива остаться без нормальной репки, которую зимой в суп не стыдно бросить, нависает черной тучей...

До прошлого лета вообще не верила, что домашние заготовки могут быть чем-то особенным. А потом ко мне зашла соседка, тётя Галя, и всё перевернула. Тётя Галя у нас во дворе — легенда. У неё даже кабачки получаются как грибы, а помидоры стоят до весны и рассол у них прозрачный, будто вода из родника. И вот как-то раз, когда я жаловалась, что у меня огурцы к январю становятся какими-то вялыми, она хитро прищурилась и сказала: — А ты горчичный порошок клади. Я даже замерла. — Какой порошок? В огурцы? Это же остро… — Не остро, а пикантно, — улыбнулась она...

Я никогда не считал себя особенным, но и ленивым точно не был. Просто я из тех, кто делает всё спокойно, без суеты, зато до конца. И вот эта моя неторопливость, оказывается, бесила их обеих — жену Светку и тёщу Галину Петровну. Утро начиналось одинаково: я ставил чайник, тихо, чтобы никого не разбудить, и шёл протирать пыль с книжных полок — это была моя маленькая привычка, чтобы день шёл ровнее. Квартира была тесная, но я старался держать её в порядке. Галина Петровна ходила в халате, с таким видом, будто весь мир ей уже чем-то обязан...

Темнота обрушилась не сразу. Сначала мигнула люстра, жалобно звякнули плафоны — и квартира провалилась в глухую, ватную черноту. Я замерла с ложкой в руке над тарелкой остывшего супа. В коридоре хлопнула дверца электрического щитка, и в наступившей тишине раздался тяжёлый шаг свёкра. — Ну что, доигралась, бизнес-леди? — голос Виктора Ивановича сочился ядовитым торжеством. Вспыхнул огонёк зажигалки, осветив его брезгливо поджатые губы и колючие глаза. — Света нет, потому что за неуплату отключили...