Твоя Дача

В октябре я вышел в сад с секатором и тремя красными ленточками. Решил пометить ветки, которые испортили форму деревьев, а потом одним махом навести порядок. На яблоне торчал длинный вертикальный побег. У груши две ветви тёрлись друг о друга. На сливе над дорожкой висела третья, подозрительно тёмная. Если смотреть из окна, всё выглядело просто: три ленточки, три среза. Место для кучи уже выбрал: у забора, под сухими листьями. В голове работа закончилась раньше, чем я раскрыл секатор. Первую повязал на яблоню...

Меня зовут Ирина, мне сорок семь. Четырнадцать лет я стою за первым столом в аптеке на проспекте Мира. Люди приходят ко мне за пластырем, каплями, витаминами «от усталости». Мне хочется иногда спросить, продаётся ли что-нибудь от привычки быть нужной всем сразу. Домой после длинной смены я добираюсь к половине девятого. А по субботам у нас гости. Каждую субботу. Двадцать три года подряд. Я как-то посчитала: это больше тысячи вечеров. Тысячу раз я нарезала, разогревала, подавала, уносила и мыла. Муж потом рассказывал знакомым, какое у нас гостеприимное семейство...

Когда мы только переехали в деревню, я думала, что осенью в саду делать нечего. Урожай собран, листья опали, яблони стоят голые — ну и пусть себе стоят до весны. Иван Петрович, мой свёкр, на это только усмехался. — Ты, Маринка, на дерево смотришь, как на забор. Если яблоки сняла — значит, работа закончилась. А у дерева всё только начинается. В тот день он выкатил из сарая старую тележку и повёл меня к навозной куче. — Ну всё, — сказала я. — Сейчас будем яблони кормить? — Не яблони, а землю под ними...

Я пришла домой около девяти вечера и сразу поняла, что Марина Фёдоровна опять у нас в гостях. Как поняла? Да просто: ее туфли стояли в прихожей. Блин, как же мне не хотелось видеть свекровь. Я сняла мокрую куртку и повесила её на крючок. В коридоре пахло жареным луком и пивом. В комнате громко работал телевизор. — Алина пришла, — сказала Марина Фёдоровна. — Вижу, — ответил Кирилл. Я заглянула в комнату. Кирилл лежал на диване, накрывшись пледом по пояс. В руке у него был телефон. На журнальном столике стояли две бутылки пива и тарелка с огрызками колбасы...